Недавно исключенный из объединения 'Отчизне и свободе'/Движение за национальную независимость Латвии, он обрел широчайшую, пожалуй что международную известность, переиздав впервые вышедшую в Латвии во время гитлеровской оккупации книгу 'Страшный год'. Это привело к разногласиям между Латвией и Россией, вызвало осуждение мировой общественности и возмущение Еврейской общины Латвии.
'&', опубликовав пространную беседу с Леонардом Инкинсом, пришла к выводу, что он 'прост, как штык, и ясен, как топор'. Но одноразовой акции, поднявшей на щит образец геббельсовской пропаганды, Инкинсу, очевидно, было мало, и он продолжил пропагандировать те же взгляды в своем периодическом издании.
Возбуждение уголовного дела согласовано с руководством Генпрокуратуры, сказал заместитель директора Бюро по защите Сатверсме Улдис Дзенитис . Согласно Уголовному кодексу Латвии, за такое преступление виновный может быть приговорен к лишению свободы сроком до 10 лет. Дзенитис рассказал, что в ряде публикаций газеты однозначно усматриваются признаки такого преступления, потому что в них 'представители отдельных народов выделены в негативном значении'.
В рамках этого уголовного дела сотрудники бюро уже произвели обыски в нескольких квартирах. Во время одного из них, произведенного 24 марта на квартире некоего ополченца, сотрудниками службы безопасности были обнаружены материалы, разжигающие межнациональную вражду. Более подробную информацию по этому делу Дзенитис отказался предоставить, сославшись на то, что это могло бы помешать ходу следствия. Генпрокуратура решила также оценить, не носит ли переиздание книги 'Страшный год' признаков разжигания межнациональной вражды, но заключение по этому вопросу пока не готово.
На всю катушку Инкинс вряд ли получит. Кое-кто в Латвии до сих пор считает его патриотом, хотя трудно переоценить вред, который Инкинс и иже с ним нанесли образу своей родины. По сведениям информационных агентств, Инкинс - не новичок на нарах. В конце 80-х годов он был приговорен к 6 годам лишения свободы за хулиганство и сопротивление сотрудникам милиции, но пробыл в тюрьме только 4 года и в начале 90-х годов был освобожден из заключения.