Камалдиньша?
- Не знаю, что вам сказать. В информации BNS присутствует фраза, что 'взрыв у Рижской синагоги организовали представители Еврейской общины с ведома лидеров общины'. Но позвольте, если в течение года проходило расследование, которое вывело на меня или на кого-то из моих коллег, то я должен был об этом знать, будучи непосредственно лидером общины. Однако у меня общения с SAB не было вообще.
- То есть вас не вызывали, не допрашивали?
- Нет.

- Дело о взрыве у синагоги ведет Полиция безопасности. Может быть, у вас были контакты с ней?

- Единственные контакты, которые были, - это в то время, когда я сразу после взрыва 2 апреля подъехал к синагоге. Тогда там были и Чеверс, и Крастс, вот с ними я общался. Но с тех пор по этому вопросу больше ни с кем.
- Может быть, у вас были какие-то конфликты с Л.Камалдиньшем?
- Никаких. Я вообще никогда в жизни с ним не встречался. Для меня его заявление большой сюрприз.
- И все-таки в сообщении читается ваша фамилия. Почему?
- Давайте думать логически. Могла ли быть ситуация, что кто-то из людей еврейской национальности был замешан во взрыве? Теоретически - да. Но в сообщении сказано, что это организовали представители Еврейской общины с ведома ее лидеров... То есть это должен быть я или кто-то из моих ближайших коллег. Но мне и в дурном сне не приснилось бы подкладывать бомбу в божий дом, независимо от того, какой конфессии он принадлежит. Это за гранью добра и зла... Если выдвигается такое обвинение - должны же были этих самых лидеров хотя бы допросить.
- В прошлом году тот же SAB обвинил вас в том, что именно с вашей подачи 16 марта получило такой мировой резонанс. Может быть, сегодняшнее заявление - это месть, затянувшаяся на год?
- Какая месть? Если они решили мстить, то у них был целый год, чтобы это сделать. Даже больше. Я действительно был первым человеком в Латвии, который давал объяснения скандинавским газетам по поводу Дня легиона, но впервые это было еще летом 1990 года. А 16 марта получило резонанс независимо от меня.