Пока корректировался скорбный список, едва ли не вся страна обсуждала версии причин пожара. Удовлетворительной среди них пока нет

На прошлой неделе комментировали происшедшее и выдвигали версии возможных причин случившегося главным образом журналисты местных и центральных СМИ.
Что касается должностных лиц УВД и представителей комиссии, расследующей обстоятельства пожара, то они весьма неохотно делились уже собранной информацией и наотрез отказывались говорить о возможности поджога. В день всероссийского траура губернатор Самарской области Константин Титов, видимо, выразил общее мнение властей, заявив в интервью телекомпании 'ТV-6-Москва' в программе 'В мире людей', что 'ему бы не хотелось, чтобы это был поджог - это ведь очень тяжкое преступление'.
Что касается расследования причин пожара, то, судя по комментариям, первоначальная версия о коротком замыкании и возгорании проводки в закрытом кабинете на втором этаже отошла на второй план.

Ее заменила история о плохо затушенном окурке, опущенном в урну в том же кабинете N75. Уже к концу недели некоторые средства массовой информации, ссылаясь на компетентные источники, всерьез обсуждали версию о неосторожном обращении с огнем. По некоторым данным, она была высказана чуть ли не представителем генпрокуратуры, которому поручено расследование данного дела. Можно предположить, что для расследующих пожар самым заманчивым в последней версии представляется то, что по ней придется назвать хоть невольных, но все-таки виновников случившегося. Понятно, что если за происшедшее никто не понесет ответственности, реакция общественности будет крайне негативной.
Впрочем, у версии о случайном возгорании в таком виде, как она высказывается сегодня, есть и очевидные слабости: по утверждению очевидцев, видевших пожар с улицы, прежде всего огонь охватил третий и четвертый этажи.
Впрочем, какая бы версия случившегося ни восторжествовала, несомненно, что работники УВД постараются завершить те уголовные дела, расследование которых приостановила трагедия.